Обучение персонала

Исходные позиции критики — Первые критические выступления

Прецеденты столь непопулярных ныне сомнений в правомерности рационалистической концепции человеческой деятельности имели место в среде экономистов прошлого. Так, Торстейн Веблен подверг критике воззрение на человеческое поведение как на “рациональную реакцию на затруднительное положение, в которое поставлен род человеческий” (Veblen, 1909). Взгляды его последователя Уэсли Митчелла отражены в цитате, служащей эпиграфом к данной главе. Однако рационалистическую концепцию отрицали не только представители институционалистской школы.

Еще один прецедент можно найти в трудах экономиста-нео- классика и социолога Вильфредо Парето. Он написал целый том на тему так называемого нелогичного поведения, которое

Парето определяет как поведение, характеризующееся отсутствием логической связи между целью и средствами (Pareto, 1935, vol. I, p. 77). Понятие “логичных” действий в терминологии Парето более или менее эквивалентно тому, что в современной литературе именуется рациональным соответствием целей и средств. А под “нелогичным” поведением имеются в виду “многочисленные действия, которые даже в наши дни большая часть цивилизованных людей совершает инстинктивно, механически, в силу привычки” (Ibid., р. 83). Несмотря на убежденность в том, что “действия, являющиеся объектом изучения в политической экономии… чаще всего относятся к классу логичных” (Ibid., р. 78), Парето отмечает в своем “Учебнике политической экономии”, что в реальной жизни “почти всегда имеет место сочетание” логичных и нелогичных действий (Pareto, 1971, р. ).

Таким образом, неоклассическая теория в варианте Парето в отличие от современной неоклассики не претендует на почти универсальную приложимость к социальным явлениям. С точки зрения Парето, рационалистическая концепция человеческой деятельности применима лишь к ограниченному, хотя и важному классу человеческого поведения. Современная же неоклассическая теория (напр., Becker, 1976), напротив, склонна признавать все меньше и меньше подобных ограничений и, вооружившись рационалистической концепцией человеческой деятельности, претендует на приложимость к исключительно широкому многообразию поступков людей (см., напр., Becker, 1976).

Гораздо более осторожной является бихевиористская позиция. В одной из ранних работ Саймон пишет: “Утверждение, что люди всегда или чаще всего рациональны… решительно опровергается современными достижениями в области психологии и социологии” (Simon, 1957b, p. 61—62). Саймон — один из тех весьма немногих современных экономистов, которые серьезно отнеслись к этим достижениям; и все же, несмотря на приведенное замечание, бихевиористские модели человеческой деятельности можно лишь в ограниченной степени трактовать как вызов рационалистической концепции. Но если бы большинство экономистов стало относиться к данной концепции столь же скептически, как Саймон, Парето, Митчелл и Веблен, то наша научная дисциплина сделала бы большой шаг вперед. К сожалению, в настоящее время в экономической науке из года в год наблюдается все более ощутимый сдвиг в противоположном направлении.

Мы выдвигаем против рационалистической концепции человеческой деятельности следующие аргументы: во-первых, она методологически непоследовательна; во-вторых, она непродуманна в психологическом аспекте; в третьих, она игнорирует позитивные результаты, полученные в других социальных науках, особенно в социологии и политологии. В некоторых из этих доводов делается акцент на проблемах обработки больших объемов сложной информации человеческим мозгом и на невозможности всеобъемлющего рационального расчета, дающего комплексный результат ценностного характера.

Читайте так же:

Последние публикации

Комментарии запрещены.

Отвлекись
Объявления
Экономическая теория