Обучение персонала

Кейнс — Сочетание рационалистического воззрения на человеческую деятельность

Кейнс - Сочетание рационалистического воззрения на человеческую деятельность человеческая деятельность

Следует упомянуть еще один элемент методологии Кейнса, имеющий прямое отношение к предыдущим. Сочетание рационалистического воззрения на человеческую деятельность с эмпиристской эпистемологией тесно связано с переоценкой силы разума и убеждения в деле воздействия на экономическую политику с целью ее изменения. Издатель собрания сочинений Кейнса Дональд Моггридж пишет: «Кейнс всегда верил, что “малая толика ясного мышления” или “здравого смысла” могла бы решить почти любую проблему… реформа вырабатывается в ходе дебатов мыслящих людей… пользующихся методами убеждения» (Moggridge, 1976, р. 38—39). Схожей критике Кейнс подвергался и со стороны других авторов, придерживавшихся совершенно разных взглядов.

Два важных события подорвали веру Кейнса в разум и силу убеждения: переговоры в Версале после Первой мировой войны (Keynes, 1971а)* и реакция правительства на глубокий экономический спад в начале 30-х годов (Keynes, 1972а). Подобные примеры нежелания “смотреть в лицо фактам” и призывать на помощь силы разума Кейнс часто называл умопомрачением или безумием. Когда ясное мышление и сила убеждения не приводили к желаемому результату, он, казалось, терял терпение и доходил до заявлений об органической неспособности его оппонентов к разумным оценкам и поступкам. В уравновешенном состоянии Кейнс сохранял оптимизм рационалиста. И все же временами его одолевали разочарования и сомнения, особенно во времена кризисов (что в известной степени можно понять).

Лишь на склоне лет Кейнс начал более критически относиться к своим прежним концепциям человеческой деятельности. В 1938 г. он упрекал и самого себя, и своих коллег в непонимании

“человеческой натуры, в том числе и своей собственной. Рациональность, которую мы ей приписываем, порождает не только поверхностные суждения, но и поверхностные эмоции. Дело не только в том, что в интеллектуальном плане мы остались в до- фрейдовской эпохе, — мы еще утратили нечто, присущее нашим предшественникам, и не нашли никакой замены. Я до сих пор не могу излечиться от привычки приписывать эмоциям и поведению других людей (и, несомненно, своим собственным тоже) воображаемую рациональность” (Keynes, 1972b, p. 448).

Объектом этой достойной похвалы критики могут быть как некоторые идеи “Общей теории занятости, процента и денег”, так и личные качества самого Кейнса. Кроме того, уместно спросить: почему этот “недуг” Кейнса остался “неизлечимым” даже после того, как он сам его осознал? Пожалуй, одной из причин тому было его стремление рассматривать этот вопрос преимущественно в психологическом и философском аспекте, а не в контексте общей недооценки воздействия корыстных интересов и институтов на жизнь общества.

/>

Читайте так же:

Последние публикации

Комментарии запрещены.

Отвлекись
Объявления
Экономическая теория