Обучение персонала

Проблема бесконечного обратного хода объяснений

Все сводится к

Коль скоро индивиды и их цели подвержены детерминированным влияниям, было бы неправильно исключать эти влияния из “науки о человеческой деятельности”. В свою очередь, может оказаться, что в основе такого рода исследования будет описание действий других целеустремленных индивидов. Как бы то ни было, нет никаких оснований отказываться от попыток объяснить цели индивидов даже в том случае, когда можно предвидеть, что результат будет в пользу индивидуализма.

Но где надлежит остановить анализ? Цели индивида можно отчасти объяснить с помощью таких факторов, как значимые институты, культура общества и т. д. Этим факторам, в свою
очередь, дается объяснение в контексте, связанном с другими индивидами. Но цели и действия последних можно опять же частично объяснить социально-культурными факторами и так далее до бесконечности.

Мы оказываемся вовлеченными в бесконечный обратный ход объяснений, схожий с головоломкой: “Что было раньше — курица или яйцо?” Такой анализ никогда не будет завершен — он будет продолжаться бесконечно. Давать приоритет одному фактору над другим — чистый произвол; заявление “все сводится к индивидам” столь же содержательно, как и “все социально или институционально”. По замечанию Роберта Нозика, «в такой явственной ситуации “курицы и яйца” почему мы не можем с таким же успехом быть методологическими институционалистами?» (Nozick, 1977, р. 359). Очевидным образом необходимо синтетическое объяснение, включающее как личностный фактор, так и социальную структуру.

Теоретик-неоклассик может возразить, что в теоретической модели социальные и институциональные факторы можно встроить во вкусы и предпочтения индивидуальных агентов в данный период, после чего приступить к объяснению человеческого поведения, взяв за основу данных индивидов. Но если влияние социума хоть отчасти играет формирующую роль в один момент, то почему бы ему точно так же не изменять или не формировать функции предпочтений в другие периоды?

Когда приверженец методологического индивидуализма возражает, что все общественные явления можно проследить до индивидов и объяснить в терминах индивидов, он впадает в теоретическую ошибку того же рода, что и апологет трудовой теории ценности, утверждающий, что производство всех товаров можно в конечном счете проследить до труда и этого достаточно для оправдания данной теории. Суждения и того и другого произвольны. И тот и другой объединяют в одну категорию все прочие факторы, участвующие в производстве рабочей силы или оказывающие влияние на индивидов, соответственно резко тормозя, когда они в своем анализе сводят все к труду в одном случае и к индивиду — в другом. Методологический индивидуализм не оставляет места ни объяснениям, выходящим за рамки индивида, ни процессам обратной причинно- следственной связи, включающим в объяснение собственно индивидуалистических аспектов явления в качестве составного элемента другие части или целостности.

Как мы видели, единственным благовидным предлогом для того, чтобы остановить анализ на уровне индивида, могла бы быть предпосылка об абсолютно неопределенном и спонтанном характере целеустремленного поведения последнего. И хотя можно явно допустить присутствие элемента неопределенности в процессе формирования целей индивида, признание того факта, что на этот процесс отчасти оказывают воздействие социальные факторы, позволяет исследовать их влияние на индивида и истоки самих этих факторов. Как это ни парадоксально, коль скоро допускается частичное влияние социальных факторов, игнорировать их равнозначно измене приверженца методологического индивидуализма собственному обещанию и отказу при объяснении этих факторов уделить должное внимание формирующему их поведению других индивидов.

Учитывая такое влияние социальных институтов, мы считаем вполне оправданным придание подобным структурам аналитической значимости в сочетании с представлением об индивиде как агенте. Наша цель — избежать, с одной стороны, капканов волюнтаристического индивидуализма, а с другой — структурного детерминизма. Продвигаться в таком направлении имеет смысл, хотя одного-единственного или четко намеченного маршрута к успеху не существует.

Это не должно быть революционным сдвигом, но на практике может оказаться таковым, ибо влияние социальных институтов на цели и выбор индивидов почти полностью исключено из экономической теории мэйнстрима. Как писал Фрэнк Найт, ортодоксальная микроэкономическая теория «трактует всех экономических индивидов как исходные данные, не подверженные никаким “влияниям”, и исходит из предположения, что точно так же и сами индивиды смотрят друг на друга» (Knight, 1935, р. 282—283). Как правило, в неоклассической теории потребности и предпочтения просто полагаются заданными. Этим обусловлена не только склонность неоклассической теории к излишне жестким допущениям по поводу индивида, но и ее по существу статический и вневременной характер: в ней нет места ни исходящему из прошлого импульсу развития и изменений, ни спонтанной устремленности в будущее.

Читайте так же:

Последние публикации

Комментарии запрещены.

Отвлекись
Объявления
Экономическая теория